Неточные совпадения
— Извините, сударь, — дрожа со злости,
ответил Лужин, — в
письме моем я распространился о ваших качествах и поступках единственно в исполнении тем самым просьбы вашей сестрицы и мамаши описать им: как я вас нашел и какое вы
на меня произвели впечатление? Что же касается до означенного в
письме моем, то найдите хоть строчку несправедливую, то есть что вы не истратили денег и что в семействе том, хотя бы и несчастном, не находилось недостойных лиц?
— А
на дворе, где я приставал в городе-то, слышь ты, —
отвечал мужик, — с пошты приходили два раза спрашивать, нет ли обломовских мужиков:
письмо, слышь, к барину есть.
Всё время его теперь было занято, так что он не успевал
отвечать на все обращаемые к нему
письма и требования.
После графини Лидии Ивановны приехала приятельница, жена директора, и рассказала все городские новости. В три часа и она уехала, обещаясь приехать к обеду. Алексей Александрович был в министерстве. Оставшись одна, Анна дообеденное время употребила
на то, чтобы присутствовать при обеде сына (он обедал отдельно) и чтобы привести в порядок свои вещи, прочесть и
ответить на записки и
письма, которые у нее скопились
на столе.
Алексей Александрович грустно усмехнулся, посмотрел
на шурина и, не
отвечая, подошел к столу, взял с него начатое
письмо и подал шурину.
Вошел местный товарищ прокурора Брюн де Сент-Ипполит, щеголь и красавец, — Тагильский протянул руку за
письмом, спрашивая: — Не знаете? — Вопрос прозвучал утвердительно, и это очень обрадовало Самгина, он крепко пожал руку щеголя и
на его вопрос: «Как — Париж, э?» — легко
ответил...
— Прислал
письмо из Нижнего, гуляет
на ярмарке. Ругается, просит денег и прощения.
Ответила: простить — могу, денег не дам. Похоже, что у меня с ним плохо кончится.
Засыпая, он вспомнил, что
на письма его, тщательно составленные в юмористическом тоне, Лидия
ответила только дважды, очень кратко и неинтересно; в одном из
писем было сказано...
— Почему не телеграфировал? Так делают только ревнивые мужья в водевилях. Ты вел себя эти месяца так, точно мы развелись,
на письма не
отвечал — как это понять? Такое безумное время, я — одна…
Подите с ними! Они стали ссылаться
на свои законы, обычаи.
На другое утро приехал Кичибе и взял ответ к губернатору. Только что он отвалил, явились и баниосы, а сегодня, 11 числа, они приехали сказать, что
письмо отдали, но что из Едо не получено и т. п. Потом заметили, зачем мы ездим кругом горы Паппенберга. «Так хочется», —
отвечали им.
В Новый год, вечером, когда у нас все уже легли, приехали два чиновника от полномочных, с двумя второстепенными переводчиками, Сьозой и Льодой, и привезли ответ
на два вопроса. К. Н. Посьет спал; я ходил по палубе и встретил их. В бумаге сказано было, что полномочные теперь не могут
отвечать на предложенные им вопросы, потому что у них есть ответ верховного совета
на письмо из России и что, по прочтении его, адмиралу, может быть, ответы
на эти вопросы и не понадобятся. Нечего делать, надо было подождать.
В бумаге заключалось согласие горочью принять
письмо. Только было,
на вопрос адмирала, я разинул рот
отвечать, как губернатор взял другую бумагу, таким же порядком прочел ее; тот же старик, секретарь, взял и передал ее, с теми же церемониями, Кичибе. В этой второй бумаге сказано было, что «
письмо будет принято, но что скорого ответа
на него быть не может».
От детей же отвыкает мало-помалу совсем, изредка получая от них к своим именинам и к Рождеству поздравительные
письма и иногда даже
отвечая на них.
— А будете
отвечать мне
на письма? — спросил он, идучи за ней.
— Что ж
отвечать ей? — спросила Вера, когда Райский положил
письмо на стол.
— Я как-нибудь, через брата, или соберусь с силами и сама
отвечу на эти
письма, дам понять, в каком я положении, отниму всякие надежды
на свидание. А теперь мне нужно пока дать ему знать только, чтоб он не ходил в беседку и не ждал напрасно…
— Да как же это, — говорила она, — счеты рвал,
на письма не
отвечал, имение бросил, а тут вспомнил, что я люблю иногда рано утром одна напиться кофе: кофейник привез, не забыл, что чай люблю, и чаю привез, да еще платье! Баловник, мот! Ах, Борюшка, Борюшка, ну, не странный ли ты человек!
Сначала бабушка писывала к нему часто, присылала счеты: он
на письма отвечал коротко, с любовью и лаской к горячо любимой старушке, долго заменявшей ему мать, а счеты рвал и бросал под стол.
Он вскрыл
письмо и увидал, что Аянов пишет, между прочим, о ней,
отвечая на его
письмо.
Переписка продолжалась еще три — четыре месяца, — деятельно со стороны Кирсановых, небрежно и скудно со стороны их корреспондента. Потом он и вовсе перестал
отвечать на их
письма; по всему видно было, что он только хотел передать Вере Павловне и ее мужу те мысли Лопухова, из которых составилось такое длинное первое
письмо его, а исполнив эту обязанность, почел дальнейшую переписку излишнею. Оставшись раза два — три без ответа, Кирсановы поняли это и перестали писать.
Отвечая (в
письме к Амфилохию)
на ухищренный вопрос аномеев [Аномеи — ариане, веровавшие в происхождение Бога-Сына из «ничего» и опровергавшие единосущее и единоподобие Сына с Отцом (Полный православный богословский энциклопедический словарь.
Но виновный был нужен для мести нежного старика, он бросил дела всей империи и прискакал в Грузино. Середь пыток и крови, середь стона и предсмертных криков Аракчеев, повязанный окровавленным платком, снятым с трупа наложницы, писал к Александру чувствительные
письма, и Александр
отвечал ему: «Приезжай отдохнуть
на груди твоего друга от твоего несчастия». Должно быть, баронет Виллие был прав, что у императора перед смертью вода разлилась в мозгу.
Следственно, de facto запрещение было снято, но, несмотря
на мое
письмо к министру, он мне не
отвечал.
Лесовский призвал Огарева, Кетчера, Сатина, Вадима, И. Оболенского и прочих и обвинил их за сношения с государственными преступниками.
На замечание Огарева, что он ни к кому не писал, а что если кто к нему писал, то за это он
отвечать не может, к тому же до него никакого
письма и не доходило, Лесовский
отвечал...
На это
письмо Маццини
отвечал несколькими дружескими строками, в которых, не касаясь сущности, говорил о необходимости соединения всех сил в одно единое действие, грустил о разномыслии их и проч.
На эту строгую депешу я
отвечал высылкою двадцати четырех тысяч франков и длинным
письмом, совершенно дружеским, но твердым; я говорил, насколько я теоретически согласен с ним, прибавив, что я, как настоящий скиф, с радостию вижу, как разваливается старый мир, и думаю, что наше призвание — возвещать ему его близкую кончину.
Ротшильд согласился принять билет моей матери, но не хотел платить вперед, ссылаясь
на письмо Гассера. Опекунский совет действительно отказал в уплате. Тогда Ротшильд велел Гассеру потребовать аудиенции у Нессельроде и спросить его, в чем дело. Нессельроде
отвечал, что хотя в билетах никакого сомнения нет и иск Ротшильда справедлив, но что государь велел остановить капитал по причинам политическим и секретным.
Виц-губернатор занял его должность и в качестве губернатора получил от себя дерзкую бумагу, посланную накануне; он, не задумавшись, велел секретарю
ответить на нее, подписал ответ и, получив его как виц-губернатор, снова принялся с усилиями и напряжением строчить самому себе оскорбительное
письмо.
Иногда я прихожу в отчаяние от количества
писем,
на которые нужно
отвечать.
Евгений Павлович принимает это очень к сердцу, а у него есть сердце, что он доказал уже тем, что получает
письма от Коли и даже
отвечает иногда
на эти
письма.
— Не совсем, многоуважаемый князь, — не без злости
ответил Лебедев, — правда, я хотел было вам вручить, вам, в ваши собственные руки, чтоб услужить… но рассудил лучше там услужить и обо всем объявить благороднейшей матери… так как и прежде однажды
письмом известил, анонимным; и когда написал давеча
на бумажке, предварительно, прося приема, в восемь часов двадцать минут, тоже подписался: «Ваш тайный корреспондент»; тотчас допустили, немедленно, даже с усиленною поспешностью задним ходом… к благороднейшей матери.
— Я не знаю ваших мыслей, Лизавета Прокофьевна. Вижу только, что
письмо это вам очень не нравится. Согласитесь, что я мог бы отказаться
отвечать на такой вопрос; но чтобы показать вам, что я не боюсь за
письмо и не сожалею, что написал, и отнюдь не краснею за него (князь покраснел еще чуть не вдвое более), я вам прочту это
письмо, потому что, кажется, помню его наизусть.
— Это была такая графиня, которая, из позору выйдя, вместо королевы заправляла, и которой одна великая императрица в собственноручном
письме своем «ma cousine» написала. Кардинал, нунций папский, ей
на леве-дю-руа (знаешь, что такое было леве-дю-руа?) чулочки шелковые
на обнаженные ее ножки сам вызвался надеть, да еще, за честь почитая, — этакое-то высокое и святейшее лицо! Знаешь ты это? По лицу вижу, что не знаешь! Ну, как она померла?
Отвечай, коли знаешь!
— Верите ли вы, — вдруг обратилась капитанша к князю, — верите ли вы, что этот бесстыдный человек не пощадил моих сиротских детей! Всё ограбил, всё перетаскал, всё продал и заложил, ничего не оставил. Что я с твоими заемными
письмами делать буду, хитрый и бессовестный ты человек?
Отвечай, хитрец,
отвечай мне, ненасытное сердце: чем, чем я накормлю моих сиротских детей? Вот появляется пьяный и
на ногах не стоит… Чем прогневала я господа бога, гнусный и безобразный хитрец,
отвечай?
— То, стало быть, вставать и уходить? — приподнялся князь, как-то даже весело рассмеявшись, несмотря
на всю видимую затруднительность своих обстоятельств. — И вот, ей-богу же, генерал, хоть я ровно ничего не знаю практически ни в здешних обычаях, ни вообще как здесь люди живут, но так я и думал, что у нас непременно именно это и выйдет, как теперь вышло. Что ж, может быть, оно так и надо… Да и тогда мне тоже
на письмо не
ответили… Ну, прощайте и извините, что обеспокоил.
Прежде всего распалось соглашение винокуров, и Стабровский перестал получать отступное; потом в банке, видимо,
на Стабровском поставили крест и не считали нужным даже
отвечать на его
письма; наконец, отдельные лица, обязанные ему всем, проявили самую черную неблагодарность.
Полуянов как-то совсем исчез из поля зрения всей родни. О нем не говорили и не вспоминали, как о покойнике, от которого рады были избавиться. Харитина время от времени получала от него
письма, сначала
отвечала на них, а потом перестала даже распечатывать. В ней росло по отношению к нему какое-то особенно злобное чувство. И находясь в ссылке, он все-таки связывал ее по рукам и по ногам.
И не подумает
ответить, меня же еще
на смех поднимет, станет носиться с моим
письмом по всем караванам.
— Ладно, приду, — так же тихо
ответил Доронин. — А сегодня я с нарочным
письмо послал к Меркулову, обо всем ему подробно отписал.
На пароход посадил с тем
письмом молодца. В две недели обернется. Завтра потолкуем, а делу конец, когда ответ получу. Лучше как хозяйско согласье в руках — спокойнее…
— Каждая по-своему распорядилась, —
отвечал Патап Максимыч. — Сестрица моя любезная три дома в городу-то построила, ни одного не трогает, ни ломать, ни продавать не хочет. Ловкая старица. Много такого знает, чего никто не знает. Из Питера да из Москвы в месяц раза по два к ней
письма приходят. Есть у нее что-нибудь
на уме, коли не продает строенья. А покупатели есть, выгодные цены дают, а она и слышать не хочет. Что-нибудь смекает. Она ведь лишнего шага не ступит, лишнего слова не скажет. Хитрая!
Действительно, не успел наступить сентябрь, как от Ольги Порфирьевны пришло к отцу покаянное
письмо с просьбой пустить
на зиму в Малиновец. К этому времени матушка настолько уже властвовала в доме, что отец не решился
отвечать без ее согласия.
Марья Гавриловна согласилась
на упрашивание Фленушки и
на другой же день обещалась написать к Патапу Максимычу. К тому ж она получила от него два
письма, но не успела еще
ответить на них в хлопотах за больной Манефой.
— Сегодня ж отправим, —
ответила мать Таисея. — Я уж обо всем переговорила с матушкой Манефой. Маленько жар свали́т, мы ее и отправим. Завтра поутру сядет
на пароход, а послезавтра и в Казани будет.
Письмо еще надо вот приготовить и все, что нужно ей
на дорогу. Больно спешно уж отправляем-то ее. Уж так спешно, так спешно, что не знаю, как и управимся…
На вопрос: кого из молодых считаю я беллетристом, у которого чувствуется в манере
письма мое влияние, — я
ответил, что мне самому трудно это решить.
На вопрос же: чрез какие влияния я сам прошел, —
ответить легче; но и тут субъективная оценка не может быть безусловно верна, даже если писатель и совершенно спокойно и строго относится к своему авторскому"я".
Из-за границы я уже получил от нее два
письма и
отвечал на них.
Но ни одного слова не
отвечал на это Акакий Акакиевич, как будто бы никого и не было перед ним; это не имело даже влияния
на занятия его: среди всех этих докук он не делал ни одной ошибки в
письме.
Он отказался от небезопасного намерения похитить генеральскую дочь и даже перестал
отвечать ей
на полученные после этого три
письма; но задумал сделаться в самом деле наставником и руководителем русских женщин, видящих в нем, по словам незнакомки, свой оплот и защиту.
—
Письмо, —
отвечала, не обращая
на него внимания, Бертольди.
На письмо Белоярцева
отвечали другим
письмом, и завязалась переписка, весьма жаркая и весьма занимавшая нашего гражданина. Но наконец ему надоело переписываться с незнакомкой, и он пожелал видеть свою новую обожательницу.
Конечно, это глупо; но если дело уже сделано и племянник в Петербурге, без помощи, без знакомых, даже без рекомендательных
писем, молодой, без всякой опытности… вправе ли он оставить его
на произвол судьбы, бросить в толпе, без наставлений, без совета, и если с ним случится что-нибудь недоброе — не будет ли он
отвечать перед совестью?..